Понышская ГЭС: история незаконченной стройки

Трудовое использование заключенных на строительстве дороги и лесозаготовках проходило в исключительно тяжелых условиях, на пересеченной и лесисто-болотистой местности и местами нельзя было применять для транспортировки даже лошадей. Все работы в таких местах выполнялись руками человека

В первые военные годы в связи с увеличением энергопотребления уральской промышленностью Госплан СССР разработал проект строительства одиннадцати ГЭС малой и средней мощности на территории Молотовской, Свердловской, Челябинской областей и Башкирской АССР. Предполагалось возведение гидроэлектростанций упрощенного типа мощностью до 100 тыс. кВт из местных строительных материалов и со сроками осуществления 9-15 месяцев.

Решение о строительстве Понышской ГЭС на реке Чусовая в Молотовской (Пермской) области было принято в ноябре 1942 года. До этого еще в 1920-е годы знаменитый план ГОЭЛРО предполагал возведение ГЭС на реке Чусовой, но стройка была отложена.  

Основную плотину планировалось возвести в урочище «Створ» на реке Чусовой. Строительство было передано Главпромстрою НКВД, в начале 1943 г. был развернут лагерный комплекс – Понышский ИТЛ (исправительно-трудовой лагерь). Управление лагеря находилось на станции Всесвятская. Организация строительства в условиях военного времени означала минимизацию любых расходов, и главным образом – расходов на бытовое обеспечение.

Урочище «Створ»

За период с декабря 1942 г. по январь 1943 г. на строительство гидроузла прибыло 184 вольнонаемных рабочих, и 1350 заключенных. Заключенные размещались в палатках, недополучали питания, что становилось главной причиной снижения трудоспособности. На 1 января 1943 г. группа "В" (слабосильные) составила 6%, на 20 января - 11,2%, к 10 февраля она выросла до 18,5%. Резко уменьшилось число годных к тяжелым физическим работам (с 199 чел. до 75 чел.). К лету 1943 г. в лагере содержалось 6729 человек. Основной контингент составляли заключенные, многие «политические» - осужденные по 58 статье УК. Жилищные условия ухудшались. Бараки совершенно не были приспособлены к зиме, крыши текли, не везде были навешаны двери и вставлены стекла, постельной принадлежности почти не было, даже в стационаре. Обеспеченность матрацами составляла 8-10%. Питание, согласно отчетным документам, было «в общем удовлетворительное» и по калорийности соответствовало установленным нормам, но «было однообразно, и что особенно важно подчеркнуть - в пище отсутствовали белки».

Жилищные условия

Из-за скученности в среднем жилая площадь на одного человека составляла 0,6 – 0,8 м2. Основными причинами заболеваемости и смертности оставались дистрофия, тифозные болезни, туберкулёз, дизентерия, пеллагра. В связи с недостатком площадей больные и здоровые люди размещались в одном помещении, что влекло рост числа заразившихся. За второе полугодие 1943 года погибло больше двухсот человек.

Основной массив поступавших в первые месяцы рабочих рук использовался на строительстве грунтовых и узкоколейных дорог, лесозаготовке, строительстве жилищно-бытовых объектов, высоковольтных линий электропередачи и др. Частыми были случаи направления на совершенно бесполезные работы, такие как ручная переноска бревен на незначительные расстояния (50-100 метров), трелевка леса на расстоянии 500-700 метров, при наличии его значительно более близком к реке. В докладе о работе за второе полугодие 1943 г. и начало 1944 г., направленном в Москву, прокурор ИТЛ и строительства Понышской ГЭС отмечал:

«Трудовое использование заключенных на строительстве дороги и лесозаготовках проходило в исключительно тяжелых условиях, на пересеченной и лесисто-болотистой местности и местами нельзя было применять для транспортировки даже лошадей. Все работы в таких местах выполнялись руками человека»

Но плотину ГЭС так и не достроили. В 1945 году работы были свёрнуты из-за открытия в зоне водохранилища ГЭС залежей алмазов, а трудовые ресурсы переброшены на строительство других объектов НКВД. Сам лагерь на некоторое время в 1944-45 годах стал «проверочно-фильтрационным» для бывших советских военнослужащих, прошедших через фашистские концлагеря.

В 1946 году отдельный лагерный пункт №1 «Створ» ИТК №10 приобрёл статус лагеря «для принудительных каторжных работ», в котором опять же должны были отбывать и отбывали до 1953 года «политические» заключённые. С приобретением нового статуса и соответствующим ужесточением режима содержания смертность среди более 2,5 тысяч заключённых резко возросла. В сталинский период «Створ» был единственным каторжным лагерем на территории Пермского края.
  
После смерти Сталина и массовых амнистий зона сохраняла статус «политической». В 1962 году участок «Створ» ИТК №10 был преобразован в самостоятельную колонию общего режима №33, просуществовавшую до 1972 года.

С закрытием зоны прекратил своё существование в 1975 году и посёлок Створ, в котором проживали семьи охранников.

Мемориал

Сегодня это абсолютно заброшенное место, вдали от населённых пунктов. От прежней зоны практически ничего не осталось, кроме нескольких разрушенных фундаментов и стен зданий. Волонтерскими отрядами Пермского отделения общества «Мемориал» был установлен знак жертвам ГУЛАГа и организован «Музей под открытым небом».

Мемориал

Другие сообщения блога

Вконтакте Фейсбук